Моя «лошадиная» жизнь…

Но у меня всё как-то грустно. А началось с того, что я однажды (чисто из любопытства) пошла на разведку в КСК «Нагорное» который тогда только-только переехал к нам в Химки. И после того, как одна наглая рыжая морда — в последствии оказалось, что это чудо зовут Мамонтом — съела все мои сухарики, меня посадили на огромного, как мне показалось, темно-гнедого Тимура.

И отправили в поле вместе с небольшой группой. Но сразу сказали — что о спорте я могу и не мечтать, ничего у меня не получиться. Странно, что же во мне такого увидели, чтобы можно было это сказать. Хотя, тогда я ещё не придала этим словам большого значения. Я не знала, что полюблю лошадей… Хотя сейчас это глупо звучит.

Так вот, приехали мы в поле. Ноябрь, холодно и мерзко, а меня (точнее коня) водят на веревочке. Скучно… Это, наверное, заметила девушка Таня, которая со мной «работала» одновременно зажевывая бутерброд, и сказала: «Ну все, теперь самостоятельно покатаешься». Ну я и покаталась, а Тимур был вредным и решил побегать. Слава Богу, не галопом, а то без травм не обошлось бы. Но и рысь мне тогда, моя первая рысь, показалось жутко быстрой скачкой. Ноги у меня моментально повылетали из стремян, я испугалась. А потом…

А потом Тимуру надоело бегать и он остановился. Вот и сложилась картина: поле, грязь, темно-гнедой жеребец американской рысистой породы и 11-летняя девчонка, отчаянно вцепившаяся в его густую гриву. Так и стояли под дружный хохот «девочек с конюшни».

И в этот момент я осознала на свою беду, что безумно люблю лошадей. Но жизнь — штука вредная, на следующий день я заболела. Причем серьёзно. Мама, которая и до этого не любила животных — будь то хомяк или лошадь, пришла в ужас и запретила мне возвращаться на конюшню, которая стала для меня самым замечательным местом на земле.

Вот и потянулись бесконечно долгие месяцы. Зима — Весна… Наконец наступило лето. А я все это время мечтала только об одном — прийти на конюшню. И упросила-таки маму. Но придя на конюшню с ужасом обнаружила, что Тимура продали, рыжую морду по кличке Мамонт сдали на мясо…

А вместо американского рысака мне подсунули беспородную и страшно ленивую кобылу, которую я, естественно не смогла сдвинуть с места. Вот и пришлось выслушивать ругань «девочек с конюшни». С тех пор так и стала потихоньку ходить к лошадкам, только мама каждый раз ворчала, что ноги у меня кривые будут, что не для девочек всё это, но мне было как-то все равно…

Мне даже инструктора нашли — девушку Дашу, с которой я очень подружилась. Вот она-то научила меня хоть как-то ездить рысью, а потом и галопом. Обучение мое происходило на замечательном (пусть и беспородном) конике Орионе, которого я просто обожала…

Но про это любовь надо рассказывать отдельно. А потом Даша поступила в Тимирязевскую. И снова я осталась сама по себе. Хозяйка «Нагорного» — объемная такая женщина Элина — ко мне уже привыкла и отпускала в поле одну. Вот так и продолжилось освоение верховой езды мною самостоятельно. Помню, зимой мы с Орионом всех лыжников пугали. Как ни странно, но факт — лыжники коней боятся. А потом мы с ним ещё и прыгать научились. В общем, с моей точки зрения, всё шло вполне неплохо. Но потом пошло несчастье за несчастьем…

В феврале 2000-ого продали Ориона. Я осталась без верного друга. Потом лошади стали болеть. Вскоре даже на самых хороших стало трудно ездить — они еле поднимали ноги. Плац совсем забросили, он стал маленьким и грязным, то и дело на нем встречались разбитые бутылки из под пива, а на поле выпускать перестали.

Тут не выдержала мама, она напрочь запретила появляться «в этом бардаке». Я, поняв, что терять мне уже нечего. Полезла на кони.спб.ру искать себе новое «пристанище» — это было уже в октябре 2000-ого года. Самым близким и приемлемым оказался Конноспортивный клуб «Эквис» — точнее, та его часть, которая располагалась за Планерной. Вот и добралась я туда как то раз, и заниматься стала…

Но, видимо, не везет мне по жизни с наличием тренеров — вскоре Ольга, которая со мной работала, уволилась. И снова осталась я без тренера. Правда, хозяин «Эквиса» — Валентин Николаевич — немного учил меня на своем жеребце Ролике. Но как-то это было неинтересно… Однажды, после очередного съеденного тортика (за мое падение) Валентин Николаевич предложил устроить меня на Планерную.

Я, правда, возмутилась — но там же $20 в час — это же дорого. «Да нет», — ответил он — «Я тебя со своим другом познакомлю, у него 300 руб. и лошадки хорошие, и манеж…» Вот и уговорил. Даже мама, как ни странно, согласилась.

Решила, наверное, что лучше в манеже ездить, чем на улице. И вот теперь я (хотя и раз в неделю), но занимаюсь таки в манежике у Михайлина. И мне нравится. Не знаю только, смогу ли я когда-нибудь спортом заняться и в соревнованиях участвовать.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector